А за окном мелькают города как будто сон что снился мне когда то



Г. Гейне, Р. Шуман

Мои переводы Г.Гейне

(из вокального цикла Р.Шумана)

Im wunderschoenen Monat Mai,
Als alle Knospen sprangen,
Da ist in meinem Herzen
Die Liebe aufgegangen.

Im wunderschoenen Monat Mai,
Als alle Voegel sangen,
Da hab ich ihr gestanden
Mein Sehnen und Verlangen.

Когда раскроются цветы
В дни ласкового мая,
Пылает моё сердце —
Люблю я и страдаю.

Когда вновь слышно пенье птиц
В дни ласкового мая,
С ним вместе к моей милой
Летят мои признанья.

Ich hab’ im Traum’ geweinet,
Mir tr;umte du l;gest im Grab’.
Ich wachte auf und die Thr;ne
Flo; noch von der Wange herab.

Ich hab’ im Traum’ geweinet,
Mir traeumt’ du verliessest mich.
Ich wachte auf, und ich weinte
Noch lange bitterlich.

Ich hab’ im Traum’ geweinet,
Mir traeumte du waerst mir noch gut.
Ich wachte auf, und noch immer
Stroemt meine Thraenenfluth.

Во сне вижу образ печальный:
Тебя нет в живых, ты — мертва.
И катятся слёзы отчаяния,
И в страхе дышу я едва.

Во сне вижу образ печальный:
Ты таешь в сиянии дня,
Очнувшись, я снова рыдаю,
Судьбу за несчастье кляня.

Во сне вижу образ печальный:
Твой взгляд из моих сладких грёз,-
И вновь обливаюсь слезами,
И вновь просыпаюсь от слёз.

Эти же стихи в переводе других авторов:

В сияньи теплых майских дней
Листок раскрылся каждый,
Во мне тогда проснулась
Любви и ласки жажда.

В сияньи теплых майских дней
Звенело птичек пенье,
И я поведал милой
Любви моей томление.

С приходом чудных майских дней,
Когда все почки развернулись,
Проникла в сердце мне любовь
И чары все ее вернулись.

С приходом чудных майских дней,
Когда запели нежно птицы, —
И я все слезы и мечты
Поверг к ногам моей царицы.

Во сне я горько плакал:
Мне снилось, тебя погребли,
И я проснулся в страхе,
И все еще слезы текли.

5Во сне я горько плакал:
Мне снилось, забыт я тобой,
И я проснулся и долго
Рыдал над своей судьбой.

Во сне я горько плакал:
Мне снилось, мы вновь вдвоем,
И я проснулся, и слезы
Доныне льются ручьем.

Плакал я во сне: мне снилось,
Что в могиле ты лежала;
Я проснулся — и слезинка
По щеке моей бежала.

Плакал я во сне: мне снилось,
Что пришла пора разлуки;
Я проснулся — и лилися
Долго слёзы горькой муки.

Плакал я во сне: мне снилось,
Будто я любим тобою;
Я проснулся — слёзы льются
И теперь ещё рекою.

Г.Гейне. Я не сержусь

Ich grolle nicht und wenn das Herz auch bricht.
Ewig verlor’nes Lieb, ich grolle nicht.
Wie du auch strahlst in Diamantenpracht,
es faellt kein Strahl in deines Herzens Nacht.

Das weiss ich l;ngst. Ich sah dich ja im Traume,
Und sah die Nacht in deines Herzens Raume,
Und sah die Schlang’, die dir am Herzen frisst,
Ich sah, mein Lieb, wie sehr du elend bist.

Сержусь ли я? Не скрою – я томлюсь.
Я потерял любовь, но не сержусь,
Ведь свет твоих очей холоден, как алмаз,
Молчание – яснее всяких фраз.

Сержусь ли я ? Во сне ты предо мной:
Твоя душа темна, и чёрною змеёй
Закралась в сердце тихая печаль.
Я не сержусь. Мне ничего не жаль.

Романсы из вокального цикла Р.Шумана звучат в исполнении Нины Дорлиак — жены Святослава Рихтера. Партию фортепиано исп. С. Рихтер

Источник статьи: http://proza.ru/2016/06/21/1252

Мне сниться

Какие стихи вы предпочитаете?

Стихи — Прошу перестань мне сниться

Стихи — Перестань мне сниться

Все предрешено, нужно дальше жить,
Высохнет слеза на густых ресницах,
Разорву навек между нами нить,
Одного прошу: перестань мне сниться.

В запахе духов, в спектре света звезд,
В музыке сердец, в лицах проходящих,
Знаю, что прошло, знаю, что всерьез,
Мир не узнаю, он ненастоящий.

Высохли цветы, что ты мне дарил,
Поцелуи с щек вывели морозы,
Оторвать хочу руку от перил,
Но боюсь упасть, и опять заноза

В коже и в душе, в тиканье часов,
Что три дня назад приближали встречу,
А.

Стихи — Мне снится. мне снится

С неба звезда для меня не упала.
Солнце в ладонях я не удержала.
Лечу в неизвестность. сорвалась с орбиты.
А может быть это. мне снится. мне снится.

Нет больше правил. границы разрушены.
У края стою. мои руки опущены.
Страшно и я. боюсь оступиться.
А может быть это. мне снится. мне снится.

Снова и снова. удар жёсткий в спину.
Попала я вновь под жизни лавину.
Падает снег на мои ресницы.
А может быть это. мне снится. мне снится.

Стихи — Мне снится.

Мне снится запах тела твоего…
Ах, как бы мне не просыпаться,
Вдохнуть всей грудью, глубоко,
Так краток сон – не надышаться…

Мне снится рук твоих тепло…
Ах, как бы мне не просыпаться,
В ладонях спрятать бы лицо,
Так краток сон – не приласкаться…

Мне снится нежность губ твоих…
Ах, как бы мне не просыпаться,
Одно б дыханье — на двоих,
Так краток сон – чтоб целоваться…

Мне снится взгляд желанья полный…
Ах, как бы мне не просыпаться,
Любви меня качают волны,
Так краток сон – чтоб.

Стихи — Мне снится дом в окружение сосен.

Мне снится дом в окружение сосен,
Мне снится дом, а за домом луг,
И белый козленок настолько несносен,
Что всерьез рассердился почтенный индюк:

« Неужели нельзя как можно тише
Бегать, прыгать, скакать и петь?
Нужно помнить, законом свыше
Нам положено в срок умереть!

А поэтому будь спокоен,
Мирно стой и пасись на лугу.
Вот тогда ты станешь достоин
Упокоится в теплом хлеву.»

«Разве можно сидеть на месте,
Когда рядом высокий лес,
Когда воля, задор и песня
Мне.

Стихи — Мне снится бал. Новый 1910 год

Мне снится , как в снегу мелькают лица,
Какой –то граф, княгиня и поэт.
— А говорят, что он опять влюбился.
— Ну что вы, дорогая, вовсе нет.
Сто лет назад она была прекрасна
И так юна, та милая княжна.
Карета привезла ее на праздник
Чужих страстей, и видела она,
Как этот свет с восторгом и презреньем
Все отвергает, что могло случиться?
Сто лет назад любовь и вдохновенье,
И память воскрешает эти лица.

— А говорят, она его оставит.
— Да все пустое, милая моя.
И старый князь.

Стихи — Мне снится

Мне снится, иль снова мечтаю?
Иль сказка сейчас наяву?
Снежинкой от нежности таю.
И мысли свои не пойму…

Пусть в розовом чудном дыханье
Предчувствие тайны живёт.
Пусть небо нас звёздами манит
И синею бездной зовёт!

Стихи — Мне снится лето

Снежинки на ресницах.
Снежинки на ладонях.
А мне. всё лето снится.
Прибоя шум и море.

Мороз рисует молча.
Узоры на окошке.
Но только шум прибоя.
Становится всё громче.

Мне снятся твои губы.
И поцелуи нежные.
Мне снятся твои руки.
Бриз моря лёгкой негою.

Мне пишет на окошке.
Мороз. что холода.
Но тает снег в ладошке.
В ней лето. не зима.

Снежинки на ресницах.
Снежинки на ладонях.
Ты снова мне приснился.
Прибоя шум и море.

Стихи — Степь родная мне снится опять.

Ровный пол, плиток белых квадраты,
Бело всё : потолок, дверь, стена.
А мне снились под шифером хаты,
Степь и неба над ним синева.

Белый цвет всё размыв, обезличил,
За окном город-улей шумит.
Чешуёй, красной крыш черепица,
По ней дождь барабаня стучит.

Всё в подтёках стекло, словно в слёзах,
Плачет мир вспоминая весну.
Он забыл здесь зимой о морозах,
И стучит всё дождём по окну.

Я усну и быть может присниться,
Степь родная во сне мне опять.
Где снег белый на солнце искриться.

Стихи — Мне снился дождь

Мне снится дождь, весенний дождь,
Аллеи царственных каштанов,
Баюкает, ласкает ложь
…От глаз твоих безумно пьяный.

А за окном метет метель,
Сметая снег метлой в сугробы,
Как далеко сейчас апрель.
И не подвластно даже богу

Сменить картины белых дней
Цветным узором возрожденья
Тебя, ромашковых полей
Промокших, в ливнях наслажденья.

А дождь сильней , все льет и льет,
И бьет как в бубен по асфальту,
И губ твоих преступный мед,
Но их всегда так было мало.

Источник статьи: http://www.sunhome.ru/poetry/mne-snitsya

Другие миры Стихи

ДРУГИЕ МИРЫ
ПОДБОРКА СТИХОВ 12265

. . .
Пора мне
в другие миры
и я снова
возьму с собой солнце
которое просто
повешу в прихожей
цветы пусть цветут
на полу
а деревья растут
у кровати
и птицы на них
будут петь по утрам
часы снова станут
указывать время
на голой стене
и под ними
я буду хранить
свою нежность
любовь и надежду
в заветной шкатулке
которую с неба
у бога
возьму напрокат.

. . .
На самом деле
на живу легко
и так легко
летят по небу птицы
как будто
к ним привязаны
воздушные шары
чтоб поднимать их
еще выше в небо

так было не всегда
но вот сейчас
я музыку
волшебную услышал
и вот она
мне жить и помогает
и песни петь
с тем ветром молодым
что бродит по земле
усталости не зная
и полон радости
на свете жить.

. . .
И мне хватает сил
чтоб мир перевернуть
и сделать вход
вон там
где был когда-то выход
и елочных игрушек
нацепить
на небо синее
чтоб ярче заблестело
и реку новую
пролить
как из ведра
среди пустыни
чтобы пили воду
и травы и цветы
и так росли
как раньше не умели
и там где выжженный
лежал песок когда-то
шумели бы
цветущие поля.

. . .
Ты моя милая
волшебная планета
и кружишься
как в забытьи чудесном
вокруг земли
уже так много лет
и если долететь
однажды до тебя
тайком
от стражников суровых
в этом мире
ты даришь нежно
все цветы
с полян восторга
все ласки волн
в счастливом море
света
весь жар полуденный
и все утехи ночи
когда так хочется
и счастья и любви.

. . .
И я не удивлюсь
если заговорит
большая птица
влетевшая
ко мне в окно
каким-то новым
чудным языком
и если прилетит
однажды
вслед за ней
девчонка
в платье голубом
на сказочном
воздушном шаре
из мира славного
где я и не бывал
и шар
опустится
у самой двери
при легком
дуновенье ветерка
и его милая
и тесная корзина
будет полна
до самого до края
весенних нежных
розовых цветов…

я ничему
не удивлюсь на свете
я знаю
все бывает иногда
как будто рядом
маленький волшебник
творит порой
со смехом чудеса.

. . .
Как птица
улетевшая на юг
так я исчез
из своей жизни
прежней
в ней становилось
холодно темно
я петь не мог
под злыми небесами
и как-то в день
осенний
я поднялся
так высоко
над маленькой землей
и все летел
в загадочные страны
в которых
никогда и не бывал

и вот я здесь
один на белом свете
и песни дивные
пою и днем и ночью
и все забыл
что было
в прежней жизни
и вижу только
небо голубое
и солнце
над своею головой.

. . .
Я в мире с осенью живу
и в мире с небом
и серым
и волшебно голубым
и с солнцем ласковым
и с ветром я дружу
и глажу звезды
долгими ночами
и все шепчу им —
как в вас много счастья
и я немножечко
себе его беру
и на руках несу
в свой теплый дом
за дверью деревянной
и тяжелой
она скрипит
как будто понимает
и знает все наверно
обо мне
и закрывается
чтоб я один остался
и видел сны
до самого утра.

. . .
Ты как кукла
с большими глазами
та которую
девочка нежно уносит
в кроватку
где она будет спать
и по прежнему
видеть свой кукольный сон
из обычных
и старых чудес
они снова
с тобой происходят
превращая тебя
то в пылинку
то в чудесный цветок
то в несчастную каплю воды
неизменно летящую вниз
на холодную землю
то в красивую бабочку
на одинокой поляне
в лесу
над которой
так важно
плывут облака.

. . .
Ты продолжаешь быть
такой спокойной
как чье-то
отражение в воде
и облаком мне кажешься
на небе
и маленьким цветком
в густом лесу
как он там вырос
это неизвестно
и я всегда хочу
его сорвать
но только прикоснусь —
он улетает
как маленькая птичка
прямо в небо
ну а потом
вернется вновь однажды
когда меня не будет
в том лесу
и станет вновь расти
такой же чудный
как был когда
я вдруг его увидел
и не могу с тех пор
его забыть.

. . .
Самое главное — жить
не добиться
какой-нибудь цели
ценой своей жизни
а стремиться к тому
чтобы жить на земле
видеть небо
всегда голубое
видеть звезды с луной
по ночам
и любить это
рыжее солнце
что появится утром
в окне
остальное — не важно
действительно
что ты там потерял
и нашел
и кому ты сегодня
не нравишься
и за что тебя
кто-то таинственно
в день осенний
опять полюбил.

. . .
Книжки с картинками
снова читаешь
в обществе ласковых плюшевых мишек
мигом садишься верхом
на свою деревянную лошадь
мчишься по росному полю с утра
за испуганным зайцем
только очнешься
уже постаревшим мужчиной
знающим цену
всей путаной прожитой жизни
тяжко вздыхаешь
взглянув на икону
и приказав: «Запрягай!
Мне пора в департамент.»
все в сюртуках
а ты сам почему-то во фраке
принято кланяться
только вот ты забываешь
и наконец
просыпаешься ночью
в холодном пустом деревенском бараке
что ты за сон такой видел
не знаешь.

. . .
Когда поднялся рядом
сильный ветер
то кажется
как будто дует кто-то
из за угла
огромным пухлым ртом
и щеки надувает
что есть силы
когда плывут по нему облака
то чудится
что их толкает кто-то
тяжелыми руками
незаметно
и солнце убирает
с глаз долой
а если холодно
то дверь открыта в космос
и вот оттуда
холод и идет
как дым идет порою
с того света
где все горят вселенские костры
а мы-то думаем
что это светят звезды
и что они от нас
так далеко
как смерть или несчастья
и как вечность
с которой не придется
жизнь прожить.

. . .
Мне можно перейти
за тонкую черту
которая все время отделяет
пространство жизни
от небытия
и там за ней
коснуться пустоты
своими оголенными руками
обнять все то
чего на свете нет
и принести в наш мир
и положить у ног
сурового
таинственного бога
который все стоит
в безмолвии своем
у края времени
и смотрит в вечность
долгим
хмурым взглядом.

Мне не нравится быть властелином
чтобы мир танцевал
под мою же волшебную дудку
как огромные полчища крыс
но стоять на коленях
и лишь выполнять указанья
я ведь тоже совсем не хочу
чтобы дождь говорил —
сиди дома
ты будешь наказан сегодня
и смеялась луна надо мной
всю безумную долгую ночь
и палящее солнце мечтало о том
чтоб лежал я один
на большой сковородке
и оно б меня жарило
словно какое-то вкусное блюдо
на потеху пришедшего дня
я свободен на этом
таком удивительном свете
и останусь свободным на том
где кончается жизнь
и уже ничего и не будет
кроме этой свободы моей.

Нет мне не заблудиться
в этом мире
он не похож
на очень темный лес
в нем есть тропинки
и они приводят
как будто за руку
и к счастью и к любви
и на поляне чудной и заветной
ты рвешь опять
волшебные цветы
и они вдруг
легко взлетают в небо
как птицы белые
навстречу солнцу
которое все знает о тебе.

На парашюте
с облака спустился
на крыльях пролетел
над ласковой водой
остался на траве
сияющими
каплями дождя
поцеловал
разбуженное утро
и притворился спящим
сладким сном
когда вокруг
вовсю запели птицы.

. . .
Мне всегда не хватало простора
выйти б в поле
да крикнуть бы громко
чтобы слышала дальняя даль
облака на распахнутом небе
и огромное желтое солнце
что так смотрит
как будто впервые
меня видит на этой земле
а в лесу мне так тесно
как будто
там кончается все
что еще не успело начаться
и весь мир умещается чудом
на ладони сурового бога
для которого эти деревья
как травинки для нас
в октябре.

Тебе жить доведется когда-нибудь
даже на небе
так живи на земле
пока есть здесь такая земля
где поля не имеют и края
а моря не имеют и дна
и в лесах есть такие тропинки
что ведут и ведут в никуда
но позволят
вернуться обратно
если шел ты по ним неустанно
всю свою одинокую жизнь.

Свет дневной не умеет
касаться тебя
даже если он есть
ты же создан из темной
и тайно зияющей ночи
переполненной
чудным мерцанием звезд
и свечением новой луны
и она ведь серебряной ложкой
черпает бездонную гущу
далекого неба
будто кормят с нее великана
за краем земли.

Мне достанется все
что еще никому не досталось
весь вот этот
никем не исхоженный мир
где в лесах убегают тропинки
в дремучую вечность
и в полях нас уносит куда-то
совсем незнакомая жизнь
и на небе покинутом
в этом таинственном мире
все равно кто-то бродит всегда
по ночам
там горят неизменно
костры удивительных звезд
и качается тихо луна
золотым апельсином
он наверное вырос в раю
и теперь может скоро упасть
или лопнуть
как воздушный надувшийся шар
над землей.

Я с теми
кто не знает ничего
и с теми кому жить
совсем не больно
кого не хлещет ветер
по лицу
и солнце не печет
на сковородке
меня не топчет жизнь
как топчут путники
проезжую дорогу
и снегом не растаю я
весной
когда все прошлое
так просто исчезает
как звезды в небе
очень ранним утром
пока все спят
и видят свои сны.

Я задумчивый маленький мальчик
и ни с кем уже здесь
не дружу
ни с водой голубого пруда
ни с зелеными листьями сада
ни с девчонкой
на белой скамье
и она меня ведь не зовет
поиграть хоть на час
в свои куклы
я играю в далекие страны
где я сам
никогда не бывал
и иду по горячей пустыне
и плыву по таинственным рекам
и вдруг вижу однажды
что рядом
уже кончилась наша земля
и вокруг начинается небо
и плывут по нему облака
так спокойно
словно белые птицы вдали.

. . .
Я не жду никого
в этом скучном обыденном мире
я здесь только случайно
остался стоять
совершенно один
и всегда на ладони моей
как птенец
желторотое солнце
и легко я опять
отпускаю смешную луну
погулять по безмолвному небу
и люблю целоваться
с красивыми звездами
ночью
чтобы просто
забыть обо всем
что еще существует на свете
где я больше уже
не держу
свою вольную душу
и саму свою чудную жизнь.

. . .
И жизнь мне прежняя
уже чужая
вот та которой прожил
столько лет…
теперь другое небо
надо мной
да и земля вокруг
совсем другая
шумящая
весенняя земля

леса поля
которых я не видел
встречают весело
в своих зеленых шляпах
и о судьбе своей
с восторгом говорят
и знаю я
что буду жить иначе
не так как жил
под небом голубым
и солнцу посылаю
поцелуи
ведь мне всегда тепло
теперь под ним.

. . .
Кораблей уже нет
у пустого причала
они утром ушли
просто дали гудки
и гадалка о них
ничего не сказала
потому что не люди
они — корабли
и куда-то идут
о земле вспоминая
может им и легко
уплывать в никуда
я тебя не увижу
моя дорогая
и вокруг то же море
и та же вода
и холодные волны
о палубу бьются
и гуляющий ветер
о чем-то скулит
я давно уже понял
что все остаются
кроме тех кто о счастье
всегда говорит
я давно уже знаю
что время есть время
нас куда-то уносит
оно как вода
мы приходим со всеми
когда нас не просят
а уходим одни
и уже навсегда.

. . .
Вокруг земли
проплыли корабли
когда они
вернулись на рассвете
все та же жизнь
туманилась вдали
все те же были
женщины и дети
и облака
поверх высоких мачт
все так же тихо
и красиво плыли
и слышен был
все тот же детский плач
и те же девушки
смеялись и любили
и это странно
круглая земля
конечно же
такой же и осталась
все так же
зеленели тополя
все то же небо
куполом казалось
и наша жизнь
в которой все смешно
по прежнему
кружилась и кружилась
и это ведь
случилось так давно
а может быть
всего лишь снилось.

. . .
И каждый человек
в подводном мире
все раковину ищет
для себя
и в ней потом живет
всю свою жизнь
выходит в гости
или за добычей
когда здесь
в море синем тишина
а так ему
не нужен внешний мир
где очень страшно
очень неуютно
и рыбы плавают
жестокие большие
и нет тебе покоя
никогда.

. . .
Бывает дерево
подходит очень
к дому
у которого стоит
как стражник
много долгих лет
мужчина —
женщине подходит
своим видом
такой суровый
а она — нежна…
или хозяин
своему коту
вот как-то соответствует
загадочно

во всем видна
порой гармония
причем
и в самом разном
внешне непохожем
как не похожи
стулья на кровать
но могут соответствовать
друг другу
и птицы так подходят
небу синему
когда они
стремительно летят.

. . .
Ну как это можно
на свете
не знать никого…
ведь дерево
«здравствуйте» не говорит
когда ты
случайно проходишь
с ним рядом
не машут цветы
лепестками
как дети — руками
когда
вновь встречают тебя
поутру
и солнце не снимет
огромную
желтую шляпу
чтобы тебе поклониться
как старый хозяин
земли
который все знает
о жизни
и видел на облаке
бога
но только о том
не расскажет тебе
никогда.

. . .
Я часто остаюсь
обычным человеком
но изредка
я превращаюсь в тень
брожу по улицам
один
среди прохожих
и все стою
в подъездах одиноко
пока горят
ночами фонари
мне кажется
я знаю
все на свете
что было будет
через день и год
могу взлететь
в пустующее небо
и раствориться
в воздухе весеннем
и превратиться
в журавлиный клик
там в вышине
где только облака
играют с богом
в прятки
ранним утром
и взявшись за руки
плывут за горизонт.

Ты взлетаешь
на розовых крыльях
в бездонное небо
где бегут облака
как большие
пушистые очень коты
и качается
нежное солнце
и ласково светит
и где так хорошо
над далекой землей
но приходится
снова вернуться
с деревьям и лужам
к неподвижной воде
неживого пруда
и на ней в тишине
навсегда и остаться
как упавший
растерянной осенью
счастья не помнящий лист.

. . .
И в одном
измерении жизни
все очень привычно
ничего необычного
попросту нет
рядом двор
за ним улица
где незаметные
хотят прохожие
проезжают машины
витрины
спокойно горят…
а закроешь
широкую дверь
начинаются сказки
и тропинки лесные
уводят
от старого дома
где и окна
давно не горят
и какие-то
шорохи шепоты
слышатся
и русалки
в таинственном омуте
чудно поют…

это кажется может
а может —
и вовсе не кажется
светит солнце
сквозь листья
высоких могучих
деревьев
слышно пение птиц
и опять
на опушке тебя
как обычно
с корзинками
удивленные девушки
весело ждут.

. . .
Мне снится город
полный смеха
до краев
где клоуны
на улицах стоят
и веселят прохожих
над этим городом
потешные шары
летают
прячась в облака
седые
и солнце
руки положило
на живот
и давится
от радостного смеха
весь день
качаясь словно раскидай
над старыми
безумными домами
где окна выбиты
и из них
валит смех
как будто дым
клубящийся и синий
и бронзовый
тяжелый человек
на главной площади
хохочет на коне.

. . .
Ты девочка
из мира
странных сказок
забывшая корзинку
в том лесу
где тени бродят
темные чужие
и добрые улыбки
не живут
и в этих сказках
есть седой волшебник
он заставляет спать
тем долгим сном
в котором
к нам приходят
чьи-то души
и просят о любви
безлунными ночами
перед тобой склоняясь
до земли.

. . .
Твой голос слышится
порой
и шуме волн и ветра
и ночью
в тишине
он отдаленный
словно эхо
раскатистое
в сказочном лесу
хотя тебя
давно
никто не видел
не знает
что ты есть
на белом свете
и думает
что это плеск волны
и ветра шепот
или шелест листьев
перед рассветом
в роще одинокой
где даже тени
ночью не живут.

. . .
Я часто остаюсь
обычным человеком
но изредка
я превращаюсь в тень
брожу по улицам
один
среди прохожих
и остаюсь
стоять в подъездах
одиноко
пока горят
ночами фонари
мне кажется
я знаю
все на свете
что было будет
через день и год
могу взлететь
в пустующее небо
и раствориться
в воздухе весеннем
и превратиться
в журавлиный клик
там в вышине
где только облака
играют с богом
в прятки
ранним утром
и взявшись за руки
плывут за горизонт.

. . .
Я действительно
долго живу
на окраине мира
где кончается все
что имеет начало
и всегда начинается
новая жизнь
и никто ко мне
больше уже
не приходит
они просто не знают
что я еще жив
и что есть где-то
эта окраина мира
где ладонями небо
касается нежно
земли.
. . .
Твой голос слышится
порой
и шуме волн и ветра
и ночью
в тишине
он отдаленный
словно эхо
раскатистое
в сказочном лесу
хотя тебя
давно
никто не видел
не знает
что ты есть
на белом свете
и думает
что это плеск волны
и ветра шепот
или шелест листьев
перед рассветом
в роще одинокой
где даже тени
ночью не живут.

. . .
В моей жизни
давно не находится
прошлого
то что кончилось
вновь остается
по своему жить
если облако в небе
уходит куда-то
появляется вскоре
такое же облако
а быть может
вернулось и старое
и вновь станет
по небу от нас
уходить…

так во всем
не уходят друзья
и товарищи
остаются такими
как были
когда-то давно
и весна не кончается
так же как осень
и в большом кинозале
идет уже
с самого детства
кино
про судьбу и любовь
и конечно
не может закончиться
как и все
вокруг нас на земле.

. . .
И я и сам не знаю
отчего
все необычное
само ко мне приходит…
вот шла и шла
знакомая простая
такая как у всех
земная жизнь
и вдруг она
переместилась в небо
и облака кругом
и рай вдали небесный
с воротами своими
золотыми
на них
от блеска их
мне больно и смотреть…
а после
гром гремит
торжественно
и видишь —
вот лес кругом дремучий
появляется
и нет ни ангелов
ни неба
рядом с нами
качает ветви
у деревьев ветер
как старый странник
что спешит куда-то
на самый край
такой большой земли.

. . .
И жил я и живу
один на свете
а все вокруг
приходит и уходит
как талая вода
весной веселой
как хмурые
осенние дожди
как солнце летнее
и снег зимой
тяжелый…
и я один на свете
остаюсь
как будто жил
так много лет
в пустыне
и видел
только солнце
над собой.

. . .
Ты можешь жить
в поле
как травы живут
и цветы
в лесу жить
ты можешь
как листья живут
и деревья
при этом
не станешь глупее
и жизнь твоя
будет все та же
и так же
опять поплывут над тобой
облака
и петь для тебя
будут чудно
совсем незнакомые птицы
и девушка
в розовом платье
придет
и полюбит тебя
точно так же
как в городе
нежно любила тебя
по утрам.

. . .
Есть светлая энергия
зеленого листа
цветка
растущего
на маленькой
лесной поляне
и тихого пруда
с кувшинками
большими
и неба голубого
и травы
шумящей на ветру
в широком поле
но ту энергию
не взять
в свою ладонь
не унести с собой
в мешке тяжелом
с ней надо жить
как мы живем с душой
и со стихами
чистыми как воздух
которым дышим
на пустынном берегу
у моря синего
с кричащими волнами
бегущими
неведомо куда
быть может
в чудные
загадочные страны
так много долгих
одиноких лет.

. . .
Я уже не гонюсь
за любовью
как за бабочкой
нежной
с чудесными крыльями
утром
на ярком
цветущем лугу
мне достаточно просто
тепла и покоя
и деревьев
так славно шумящих
у дома
на обычном
веселом ветру
красоты
поглотившего синее небо
пруда
где плывут облака
в неизвестные страны
и зеленой травы
где опять
притаилась роса
я восторженных слов
говорить не хочу
или слышать
летней сказочной ночью
и в прозе
крикливого дня
мне итак хорошо
без друзей и любимых
когда небо ночное
по прежнему
верит в меня
его звезды горят
словно свечи на елке
в волшебную
зимнюю ночь
и все знают о счастье
которое встречу
когда-то
так как путник
в дороге
встречает весну.

. . .
Ты веришь в невозможное
годами
и ведь оно
случалось иногда
и расцветали
осенью цветы
весенние
такие молодые
как будто бы вокруг
цветущий май
любовь горячая
вдруг начиналась
вся в снегу
не чувствуя
ни холода ни ветра
и вместо старости
пришла вторая юность
в том самом дивном
легком своем платье
которое
взлетает в небеса.

. . .
Если события
закрутятся в спираль
то значит
тебе кто-то помогает
но по прямой
они не полетят
стрелой свистящей
и к заветной цели
а так закрутятся
как чудная пружина
которая всегда
толкает к счастью
а ты об этом
даже и не знаешь
и сам свой путь
не можешь угадать.

. . .
И что бы ты
себе ни говорил
конечно жизнь теперь
совсем иная
все умерли уже
кого ты знал
и вместо них
другие появились
грибами
после летнего дождя
а ты остался
здесь в своем лесу
таким как был
и даже стал добрее
к деревьям
что конечно же умрут
другие вырастут
на месте пней замшелых
но сам ты будешь
в точности таким же
как был
и много сотен
лет назад.

. . .
Я чувствую
музыку света
в цветении
нежных цветов
и в шелесте листьев
играющих весело
с ветром
в сиянии солнца
и грохоте
летней грозы
и кажется бог
постоянно
играет на скрипке
и ангелы
чудно поют и кружатся
на детской площадке
счастливого рая
где можно
всегда танцевать
днем и ночью
и в жизни
дойдя до конца
возвращаться
со улыбкой в начало.

. . .
Я создаю
вселенную любви
и вся она
как воздух окружает
планету нежности
планету боли
планету одиночества
и сладкой муки
где все влюбленные
когда-нибудь
себя нашли
и снова потеряли
в темноте
среди горячих
долгих поцелуев
в которых тонет
тело и душа.

. . .
Мне достанется
много
горячей любви
и таких поцелуев
которых не встретишь
случайно
я увижу порою
такие рассвету
каких смертному
просто
увидеть нельзя
ну а после заката
волшебные звезды
засветят вокруг
и опять
хоровод поведут
до утра
когда солнце приходит
они отправляются
спать
и с собою берут
и луну молодую
ту что счастье дарила
всю долгую
чудную ночь.

. . .
Оставляй мне
все больше и больше
волшебной своей
тишины
я ее буду пить
так как пьют
ту заветную
воду живую
в источнике вечном
где с этой водой
получаешь
и новую жизнь
и земную любовь
чудной ночью
при свете
божественных звезд.

. . .
Что ощущаю я
у бога
на коленях? —
что мальчик я
обычный и простой
что у него
стареющие руки
и что они
немножечко дрожат
что небо синее
такое молодое
словно оно
сегодня родилось
что облака
как белые ягнята
опять идут толпой
на водопой
где колыбель моя? —
а вот она
в пустыне
на деревянных
низеньких ногах
качается
теперь она пустая
я вышел ведь
бродить
по белу свету
и встретил бога
чудным
светлым утром
он взял меня
с собой на небеса
и шепотом
сегодня говорит
о том как создал
этот мир волшебный.

. . .
Все что есть
на белом свете
кроме камня
бревен и железа
все что существует
в этом мире
и способно чувствовать
и жить
мне поможет
наградит судьбой
самой смелой
самой удивительной
той что улетает
тайно в небо
и потом
спускается на землю
чтобы радоваться
верить и любить.

. . .
Когда жизнь движется
тебе не сделать
вывод — вот плохо это
или хорошо
ты словно в поезде
случайным пассажиром
торопишься
неведомо куда…
то остановка
на одну минуту
то вновь движение
под вечный стук колес
и за окном
мелькают полустанки
где кто-то ждет
да только не тебя
и станции конечной
ты не знаешь
а только мчишься вечно
днем и ночью
среди полей
лесов
в начало всех начал
когда ты был
и маленьким и добрым
и так любил
большие поезда.

. . .
Почти весна
такого не бывает
ведь мы с тобою
все же в январе
а ветер теплый
будто бы в апреле
целует в щеку
влажными губами
и шепчет очень нежно
о любви
ведь он все знает
что уже случилось
и что еще случится
много раз
в любую непогоду
когда людям
так сладостно
ласкать друг друга
как волны лижут
жарко
и ласкают
без устали
и днем и ночью
берег золотой
как будто он один
на белом свете
и никогда другого
не найти.

. . .
Все состоит
из сущих пустяков
пустяк — дома вокруг
и улицы
пустяк что ты
сегодня делаешь
и что не делал
просто никогда
и с кем не встретился —
пустяк
такой же точно
как и то
с кем встретился…
а не пустяк —
лишь то что ты
живешь
и будешь долго жить
на белом свете
переживешь и молодость
и старость
и вновь вернешься
к счастью
так как будто
ты никогда на свете
и не жил.

. . .
Ни в чем и нет
преград
на белом свете
закрытых нет дверей
нигде и никогда
и невозможного
уже не существует
возможно все
сегодня и всегда
и будь готов
с восторгом встретить
чудо
среди зимы
люби свою весну
она твоя
и вечно молодая
и ты ведь любишь
лишь ее одну.

. . .
Теперь мне
никакие бури
рот не заткнут
и не заставят
на колени встать
дожди безумные
морозы злые
и небо в гуще
диких черных туч…
что мне до них
и что им до меня
ведь я теперь
в своем
волшебном мире
из чудного
прозрачного стекла
которое не может
и разбиться
и зло не пропускает
никогда.

. . .
Чтобы душа
научилась летать
нужно
капли любви
выпивать
в миг заветный
и верить
что она молодая
как юная
майская ночь
и ее лепестки
как у нежной
фиалки ночной
если стать
перед ней на колени
и ласкать целовать
ее жарко
безрассудно
всю ночь до утра.

Художник рисовал
свою картину
и вдруг на ней
ожили облака
зашевелились листья
на деревьях
и свежий ветер
потянул с холста
и в комнате кружится
и шумит
размазывая краски
по мольберту
и поднимая шторы
словно платья
у девушек красивых
шаловливо
чтобы узнать
как сладок этот мир
и дом который
только нарисован
вдруг двери
открывает для тебя
в нем стол накрыт
для всех твоих друзей
букет цветов
для девушки любимой
стоит в огромной вазе
на полу
и музыка играет
молодая
и все поют на окнах
соловьи.

. . .
И чем ты больше
в мире потерял
тем больше ты находишь
вдруг за шторой
где исчезает жизнь
обычная простая
и начинаются
такие чудеса
каких и не бывает
на белом свете
просто никогда
там небо
опустилось на ладони
и солнце в них
горит
волшебным шаром
в котором столько
света и тепла
что хватит
и на пиршество влюбленных
с неистовым
безумием восторга
плывущим
словно облако над нами
в сиянье
упоительных лучей.

. . .
Есть радость жизни
в маленьком цветке
и в облаке большом
на небе синем
когда оно
легко плывет над миром
как платье
той невесты молодой
что замуж вышла
за седого бога
и счастлива
в невидимом раю
во всем что здесь живет
на белом свете
есть капля счастья
и она пьянит
как чудное лекарство
от печали от забытья
от горя и разлуки
от всех болезней
и от пустоты
которая нас превращает
в тени
способные
исчезнуть навсегда.

. . .
И даже если мир
совсем исчезнет
я буду жить
на тот же самом
месте
где он когда-то
рядом со мной был
не сдвинусь никуда
ни на минуту
пускай осколки мира
улетают
и я останусь
в полной пустоте
писать свои стихи
на том клочке бумаги
которого на свете
больше нет.

. . .
Ты впитываешь мир
как губка
впитывает воду
и ярко ты
горишь костром
ночами
там на пустынным
диком берегу
и иногда
дорогой по полям
уходишь вдаль
безбрежную
привольно
и облаков касаешься
и неба
и любишь
одинокую луну
а чаще ты
как юная звезда
на землю падаешь
смеясь
в одно мгновенье
и кто-нибудь
уж загадал желанье
за этот миг
но только для себя.

. . .
И если вдруг
нежданно начинается
какое-то
вращение событий
встречаешь человека
много раз
того же самого
как будто он
все время
от твоей двери
и не уходил
находишь то
что так давно искал
и тут и там
совсем непредсказуемо
то значит рядом
действуют те силы
которые
ты сам призвал наверное
хоть в них
никто не верит никогда
в учебниках
о них ведь не написано
да и потрогать их
никак нельзя.

. . .
Когда я чувствую
что я живу
неважно чем
хоть тем
что с тишиною
всю ночь бездонную
проговорил я
шепотом
о нежности о ласках
о любви
я ощущаю —
как это чудесно
как будто я
остановил и время
рукой коснувшись
стрелок на часах
жизнь повернув
легко
в другую сторону
к восторгу юности
и счастью молодому
в котором все
возможно иногда.

. . .
У тебя
одинокая жизнь
но зачем тебе
знать
бесконечное множество
разных людей
ведь они
словно стая
испуганных птиц
разлетаются быстро
при виде
далекого коршуна
и умеют
лишь только
рябину клевать
по утрам
чтобы осенью
шумно собравшись
в огромные стаи
с великим
неистовым криком
оправится важно
на юг
как на море отправится
в лагерь
крикливая школа…
а потом ведь они
очень тихо вернутся
вить гнезда свои
торопливо
и не думать уже
ни о чем…

нет живи уж один
на окраине мира
хоть в башне
из черного дерева
и пусть птицы
летят на свой юг
в сентябре
мимо этой
загадочной башни
им ее не понять
не разрушить
не свить из нее
свои гнезда
для крикливых
и жадных птенцов…
эта башня для тех
кому жить
в шумной стае
не хочется
и кто знает что мудрость
приносит покой.

. . .
Твоя жизнь
как каменный цветок
не стареет
и не увядает
и достаточно к ней
только прикоснуться
чтобы жить
еще так много лет
и я этого
не видел и не знал
думал что и ты
простой подснежник
он весной
наивно расцветает
чтобы очень скоро
умереть
но однажды
чудно вдруг
почувствовал —
лепестки твои
волшебные
из камня
и они же часть
скалы времен
где таится жизнь
не прекращаясь
и как будто бы
коснулась вечности
своей нежной
девичьей рукой.

. . .
Ты стал грибом
и съела его белка
стал ягодой
ее склевали птицы
и превратился
в маленькую мышку
и кот тебя
конечно же поймал
так стань орлом
и улетай все выше
под облака
где дышится легко
и даже если
ты придумал крылья
ты будешь жить
всю жизнь
в бескрайнем небе
и видеть мир
с чудесной высоты.

. . .
Я ночью ложкой
каждый раз черпаю тишину
в своем окне
а днем обычной шляпой
набираю свет
в своем дворе
как воду из колодца
мир для меня
все так же прост
как был когда-то
когда его
слепил из глины бог
вдохнул живую душу
и ушел
в миры иные
и когда вернется
нам не сказал
поэтому увы
не жду чудес
играю с солнцем в прятки
люблю красивую луну
ее целую
и ей дарю
счастливые цветы
которые еще растут
на свете.

. . .
И соразмерность есть
во всем вокруг
вот рядом с домом
дерево высокое
оно подходит дому
не по росту
но ведь —
по состоянию души
мы чувствуем всегда
что они дружат
тот дом и дерево
и нравятся друг другу
и вместе вновь готовы
жить прожить…
и так во всем
есть соразмерность
в мире
по чувствам по желаниям
по вере
и по своей
таинственной судьбе.

. . .
Что же хорошего…
ты видишь
так немного —
стекло окна
за ним
ночами звезды
а днем
гуляет ветер
по дворам
и гнет деревья
лапами своими
как дикий зверь
что вырвался на волю
из тесной клетки
на краю земли…
и мы живем
отсчитывая дни
как мелкие купюры
в магазине
за хлеб за соль
на эту воду жизни
живую
как обычно говорят…

так будет завтра
так было вчера
ведь бог на небе
вновь белье разгладил
своей любимой вечности
усердно
и ждет ее опять
в свои объятья
и с ней одной
и будет танцевать.

. . .
У меня в моей жизни
так много
обычного
свежего воздуха
я из воздуха
строю
дома и дороги
и деревья воздушные
очень люблю
в своих чудных садах
из воздушных цветов
я сплетаю венки
и дарю их
смешным облакам
в небе синем
проплывающим мимо
в обнимку
и наивному солнцу
из воздуха
шлю поцелуй
как конфету ребенку…
ну а ночью
с воздушной луной
у нас снова любовь
до рассвета
и воздушные звезды
как ангелы
рядом с кроватью
кружатся
они любят смотреть
на любовные ласки
пока их
не прогонит рассвет.

. . .
И ты встретишь
когда-нибудь
юную фею из сказки
в глубине колдовского
дремучего леса
где высокие ели
сердито глядят
на тебя —
«ты откуда
зачем ты пришел
по тропинке? —
ищешь нашу
волшебницу фею…
тогда
подари ей цветы
что всегда превращаются
тайно в любовь
когда фея их
нежно коснется»

и в тот миг…
обернется наивная сказка
в красивую быль
незаметно
и ты можешь
любить и любить
до рассвета
счастливую фею
и до боли
ее целовать.

. . .
И жизнь моя снова
становится ясной
как утро
звенящей капелью весной
когда все впереди
и веселое солнце
сняв знакомую шляпу
из белых как снег
облаков
начинает играть
в нашем мире
своими лучами
как оркестр
живых
золотых инструментов
и волшебная музыка
снова звучит
помогая найти
на заветной поляне
цветы
и любимую девушку
что их тайком
собирала.

. . .
Ты устроил гнездо
своей жизни
как птицы
чтобы после вокруг
хоть все долгое лето
кружиться
в потом улететь
молчаливо на юг…
он похож
на другую планету
этот юг
за горами
лесами морями
может быть
его даже и нет…
просто ты улетаешь
из жизни куда-то
говорят что на юг
говорят что вернешься…
но уже ведь не встретят
тебя никогда.

СВЕДЕНИЯ ОБ АВТОРЕ:
Носов Сергей Николаевич. Родился в Ленинграде ( Санкт-Петербурге) в 1961-м году. Историк, филолог, литературный критик, эссеист и поэт. Доктор филологических наук и кандидат исторических наук. С 1982 по 2013 годы являлся ведущим сотрудником Пушкинского Дома (Института Русской Литературы) Российской Академии Наук. Автор большого числа работ по истории русской литературы и мысли и в том числе нескольких известных книг о русских выдающихся писателях и мыслителях, оставивших свой заметный след в истории русской культуры: Аполлон Григорьев. Судьба и творчество. М. «Советский писатель». 1990; В. В. Розанов Эстетика свободы. СПб. «Логос» 1993; Лики творчестве Вл. Соловьева СПб. Издательство «Дм. Буланин» 2008; Антирационализм в художественно-философском творчестве основателя русского славянофильства И.В. Киреевского. СПб. 2009.
Публиковал произведения разных жанров во многих ведущих российских литературных журналах — «Звезда», «Новый мир», «Нева», «Север», «Новый журнал», в парижской русскоязычной газете «Русская мысль» и др. Стихи впервые опубликованы были в русском самиздате — в ленинградском самиздатском журнале «Часы» 1980-е годы. В годы горбачевской «Перестройки» был допущен и в официальную советскую печать. Входил как поэт в «АНТОЛОГИЮ РУССКОГО ВЕРЛИБРА», «АНТОЛОГИЮ РУССКОГО ЛИРИЗМА», печатал стихи в «ДНЕ ПОЭЗИИ РОССИИ» и «ДНЕ ПОЭЗИИ ЛЕНИНГРАДА», в журналах «Семь искусств» (Ганновер), в петербургском «НОВОМ ЖУРНАЛЕ», альманахах «Истоки», «Петрополь» и многих др. изданиях, в петербургских и эмигрантских газетах.
После долгого перерыва вернулся в поэзию в 2015 году. И вновь начал активно печататься как поэт и в России и во многих изданиях за рубежом от Финляндии и Германии, Польши и Чехии до Канады и Австралии — в журналах «НЕВА», «Семь искусств», «Российский Колокол» , «ПЕРИСКОП»», «ЗИНЗИВЕР», «ПАРУС», «АРТ», «ЧАЙКА» (США)«АРГАМАК», «КУБАНЬ». «НОВЫЙ СВЕТ» (КАНАДА), « ДЕТИ РА», «МЕТАМОРФОЗЫ» , «ЛИТЕРА НОВА», «ГРАФИТ», «ЛИТКУЛЬТПРИВЕТ!», «СОВРЕМЕННАЯ ВСЕМИРНАЯ ЛИТЕРАТУРА» (ПАРИЖ), «МУЗА», «ИЗЯЩНАЯ СЛОВЕСНОСТЬ», «НЕВЕЧЕРНИЙ СВЕТ, «РОДНАЯ КУБАНЬ», «ПОСЛЕ 12», «БЕРЕГА», «НИЖНИЙ НОВГОРОД». «ДЕНЬ ЛИТЕРАТУРЫ» и др., в изданиях «Антология Евразии», «АНТОЛОГИЯ РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ ХХ1 ВЕКА». «ДЕНЬ ЛИТЕРАТУРЫ», «ПОЭТОГРАД», «ДРУГИЕ», «КАМЕРТОН», «АРТБУХТА», «ЛИТЕРАТУРНЫЙ СВЕТ», «ДЕНЬ ПОЭЗИИ» , «АВТОГРАФ», «Форма слова» и «Антология литературы ХХ1 века», в альманахах « НОВЫЙ ЕНИСЕЙСКИЙ ЛИТЕРАТОР», «45-Я ПАРАЛЛЕЛЬ», «ПОРТ-ФОЛИО»Й (КАНАДА), «ПОД ЧАСАМИ», «МЕНЕСТРЕЛЬ», «ИСТОКИ», «БИЙСКИЙ ВЕСТНИК», «ЧЕРНЫЕ ДЫРЫ БУКВ», « АРИНА НН» , «ЗАРУБЕЖНЫЕ ЗАДВОРКИ» (ГЕРМАНИЯ), «СИБИРСКИЙ ПАРНАС», «ЗЕМЛЯКИ» (НИЖНИЙ НОВГОРОД) , «КОВЧЕГ», «РУССКОЕ ПОЛЕ», «СЕВЕР», «РУССКИЙ ПЕРЕПЛЕТ», «БАЛТИЙСКИЙ БЕРЕГ» (КАЛИНИНГРАД), «ДАЛЬНИЙ ВОСТОК», «ЛИКБЕЗ» (ЛИТЕРАТУРНЫЙ АЛЬМАНАХ), в сборнике посвященном 150-летию со дня рождения К. Бальмонта, сборниках «СЕРЕБРЯНЫЕ ГОЛУБИ(К 125-летию М.И. Цветаевой), «МОТОРЫ» ( к 125-летию со дня рождения Владимира Маяковского), «ПЯТОЕ ВРЕМЯ ГОДА» (Альманах стихов и прозы о Любви. «Перископ»-Волгоград. 2019), «Я ДУМАЮ. ЧТО ЭТО ОТ БОГА…» ( Сборник стихотворений современных авторов к 80-летию Иосифа Бродского. «Перископ- Волга». 2020 ) и в целом ряде других литературных изданий.
В 2016 году стал финалистом ряда поэтических премий – премии «Поэт года», «Наследие» и др.
Является автором более 20-ти тысяч поэтических произведений. Принимает самое активное участие в сетевой поэзии.
Стихи переводились на несколько европейских языков. Живет в Санкт-Петербурге

Источник статьи: http://stihi.ru/2021/02/23/1574


Adblock
detector